Спустя два дня полиция прекратила официальные поиски.Официальная позиция звучала так: Лукас — совершеннолетний, он мог…
Спустя два дня полиция прекратила официальные поиски.Официальная позиция звучала так: Лукас — совершеннолетний, он мог уйти добровольно, и у него есть на это право.
Но семья с этим не согласилась. Лукас не взял с собой ни вещей, ни денег. У него были чёткие планы на будущее. К тому же он сам позвонил в 112 — явно потому, что хотел, чтобы его нашли. Всё это никак не походило на поведение человека, решившего исчезнуть.Через неделю после исчезновения пеший турист обнаружил Лукаса — он уже не дышал.Одежда полностью совпадала с той, в которой Лукас ушёл в поход. ДНК‑экспертиза окончательно подтвердила: это он.
Участок, где его нашли, ранее осматривали — и не один раз.
Судмедэксперт не выявил ни следов травм, ни признаков инсульта или сердечного приступа. Токсикологический анализ не показал наличия алкоголя или каких‑либо препаратов в организме. Переохлаждение также исключили: июньские ночи в Юра прохладные, но для здорового человека не опасные.
В итоге было вынесено заключение: гибель наступила по естественным причинам. При этом точная причина так и осталась неустановленной.
Дело закрыли.Родители настойчиво требовали предоставить им доступ к протоколу судмедэкспертизы. Адвокат семьи публично заявил: родным не позволили даже ознакомиться с документом. Просьбу о проведении повторной экспертизы с привлечением независимого специалиста следствие отклонило.
Мать Лукаса, Магали Бергер, не стала сдерживать эмоций. Она открыто заявляла, что расследование свернули чересчур поспешно, а от семьи намеренно утаивают важные сведения. По её словам, невозможно поверить, что здоровый двадцатилетний юноша мог погибнуть по «естественным причинам» на обустроенной туристической тропе — и остаться без внятных объяснений.
Её слова быстро разлетелись по социальным сетям. История Лукаса собрала десятки тысяч просмотров. Те, кто бывал у водопадов Эрисон, в комментариях повторяли одну и ту же мысль: заблудиться там практически невозможно. Это популярный туристический маршрут — везде стоят указатели, неподалёку расположены деревни, а до ближайших ферм можно дойти пешком.Дело Лукаса Рену официально закрыто.
Но ряд вопросов так и остался без внятных ответов.
Почему оператор службы 112 инструктировала Лукаса искать дорогу, вместо того чтобы велеть ему оставаться на месте и ждать спасателей? Что случилось в последние секунды того восьмиминутного звонка? Как вышло, что за неделю масштабных поисков спасатели не обнаружили его на сравнительно небольшом участке, тогда как случайный турист нашёл его всего в тридцати метрах от тропы? И как вообще здоровый молодой человек мог погибнуть «по естественным причинам» — что в данном контексте скрывается за этой формулировкой?
Лукас Рену отправился в поход — и, когда понял, что заблудился, позвонил в 112. Он явно хотел, чтобы его нашли.
А вот что произошло между теми восемью минутами разговора и этими тридцатью метрами от тропы — так и осталось невыясненным.