Почему сегодняшнее понимание не означает, что тогда я всё делала неправильно
Сейчас я могу сказать, какие вопросы заранее задала бы сотрудникам учреждения, какие вещи не стала бы покупать и что подготовила бы до появления ребёнка дома.
Но это не означает, что тогда я всё делала неправильно.
Сегодня рассуждать намного проще. Я уже знаю Ярика, понимаю его привычки, вижу, какие рекомендации действительно пригодились, а что оказалось совсем не таким, как мы ожидали.
Тогда этого опыта у меня не было.
У меня были знания из ШПР, медицинские документы, несколько встреч с ребёнком и информация, которую нам успели рассказать. Остальное приходилось узнавать уже дома.
Мы купили коляску, потому что нам говорили, что Ярослав плохо ходит и быстро устаёт. Купили одежду 92-го размера, потому что именно этот размер нам назвали в учреждении. Не подготовили подробный список вопросов, потому что я ещё не понимала, какие бытовые мелочи через несколько дней окажутся важными.
Сейчас я поступила бы в некоторых ситуациях иначе. Но тогда каждое решение принималось на основании той информации, которая у меня была.
Невозможно заранее знать, как ребёнок будет спать в новом доме, что станет причиной его слёз, как быстро он начнёт ходить самостоятельно и какие вещи ему действительно понадобятся.
Невозможно ещё до переезда полностью представить, как адаптация повлияет не только на ребёнка, но и на всех членов семьи.
Некоторые вещи становятся понятными только тогда, когда начинаешь жить вместе.
При этом многое я и сегодня повторила бы точно так же. Я снова поехала бы знакомиться с ребёнком, несмотря на диагноз. Сохранила бы привычный режим. Прошла бы необходимые обследования. Обращалась бы за помощью, когда появлялись конкретные тревожащие ситуации. И снова отдала бы Ярика в детский сад, потому что на тот момент это было нужно нам обоим.
Ошибки, сомнения и усталость не отменяют того, что мы старались.
Я могла раздражаться, не понимать его поведения, уставать и хотеть побыть одна. Но одновременно я оформляла документы, водила его по врачам, сохраняла привычный распорядок, искала информацию и постепенно училась понимать ребёнка, которого совсем недавно почти не знала.
Сегодняшнее понимание появилось не вместо того опыта, а благодаря ему.
Поэтому я не хочу смотреть на себя того времени и говорить: «Надо было знать лучше».
Откуда мне было это знать, если я проходила через всё впервые?
Гораздо честнее сказать иначе:
«Тогда я делала так, как могла и как считала правильным. Сейчас я знаю больше — и поэтому некоторые вещи сделала бы по-другому».
Опыт нужен не для того, чтобы обвинять себя за прошлое. Он нужен, чтобы в следующий раз действовать спокойнее, увереннее и бережнее — и к ребёнку, и к самой себе.