Кажется, мой режим сна снова официально отменяется. Я опять участвую в литературном конкурсе! ✍️

Ростов-на-Дону, спасибо за весточку! ❤️ Очень рады, что портмоне добралось до вас. Привет вороне Карамельке обязательно передадим — она будет счастлива! Спасибо, что вы с нами!

Всегда ваш Райль Фаббри

Сюжет на первый взгляд прост. Юная гимназистка Елена, живущая с матерью в бедности, влюбляется в сына богатого помещика. Между молодыми вспыхивает чувство. Казалось бы, вот выход из серости и нищеты. Но есть отец — мрачный, нелюдимый старик с говорящей фамилией Ворон. Он живёт в своём поместье, почти не общается с сыном и внушает странный, липкий страх.

Молодой человек привозит Елену домой, чтобы представить отцу. И тут происходит страшное. Ворон, давно умерший для мира, вдруг оживает. Он начинает ухаживать за девушкой — молча, настойчиво, хищно. Не как отец. Не как человек. Как собственник. И Елена… сдаётся. Выходит за него замуж. Сын проигрывает. Любовь проигрывает. Молодость проигрывает.

Почему «Ворон»? Ворон — птица-падальщик, вестник смерти. Но ещё это символ одиночества, памяти, мудрости. Бунинский старик живёт прошлым, он как мумия в своём доме. Но когда появляется свежая жизнь, в нём просыпается древний инстинкт — взять последнее, что может принадлежать ему. Он не любит Елену. Он её потребляет. А она не любит его. Она подчиняется. И это страшнее любой мистики.

Бунин создаёт ужас без монстров. Серые краски, снег, тишина, скрип половиц, молчание Ворона. Всё работает на холод. Это не страшилка, а психологическая драма о том, как старость и эгоизм калечат молодость. О том, что родители не всегда желают детям счастья. И о том, что любовь иногда разбивается о равнодушие.

Финал не даёт утешения. Бунин не утешает. Он показывает жизнь такой, какая она есть. И именно поэтому «Ворон» остаётся в памяти надолго.

Читали? Как вы поняли образ Ворона? Почему Елена согласилась? Делитесь в комментариях 👇

Если не читали — найдите 20 минут. Этот рассказ стоит пережить.

Всегда ваш Райль Фаббри

Грип появился в доме Диккенсов не как питомец, а как маленький черный вихрь. Кто-то нашел его в глухом закоулке Лондона и подарил писателю. С самого начала стало ясно: этот ворон «богато одарен». Он обладал впечатляющим словарным запасом, но пользовался им исключительно по своему усмотрению, предпочитая компанию лошадей в конюшне и наводя ужас на ньюфаундленда Диккенса своей «сверхъестественной мудростью».

По вечерам, когда Чарльз читал детям вслух, Грип восседал у него на плече. Дети, впрочем, были от птицы в ужасе — слишком уж шумным и агрессивным был этот пернатый. А еще у него была странная и разрушительная привычка: он отрывал куски краски с семейной кареты и однажды даже умудрился выпить немного белой краски из банки.

Но именно этот дикий нрав и сделал Грипа бессмертным. Диккенс был очарован своей птицей. В письме другу он признавался: «Я задумал выпускать [Барнеби] только в обществе ворона, который неизмеримо мудрее его». Так Грип стал полноправным персонажем романа «Барнеби Радж».

Увы, пагубное пристрастие к краске сыграло с Грипом злую шутку. Вскоре после того, как Диккенс задумал сделать его литературным героем, птица заболела. Приглашенный ветеринар дал ему «основательную дозу касторки». Грип, казалось, пошел на поправку и даже больно ущипнул конюха, чем привел писателя в восторг. Но это была его лебединая песня. Когда часы пробили двенадцать, ворон издал резкий звук, покачнулся и… воскликнул: «Здорово, старуха!». Это были его последние слова.

Диккенс был убит горем, но нашел способ сохранить своего друга навсегда: он приказал сделать из Грипа чучело. Однако история на этом не закончилась. В 1842 году Диккенс отправился в Америку, взяв с собой портрет Грипа, написанный его любимым иллюстратором Дэниэлом Маклизом. Там он встретил молодого писателя Эдгара Аллана По.

По был поклонником Диккенса и написал рецензию на «Барнеби Раджа», где назвал Грипа «бесконечно забавным». Он был очарован образом говорящего ворона. И хотя сам Диккенс, возможно, не придал этому значения, исследователи сходятся во мнении: именно Грип, крылатый проказник с диким нравом, вдохновил По на создание его знаменитого стихотворения «Ворон».

Так один своенравный ворон связал судьбы двух литературных гигантов. Сегодня чучело Грипа можно увидеть в Свободной библиотеке Филадельфии. Он застыл в вечности, но его карканье до сих пор слышится в бессмертных строках английской и американской литературы.