Розыгрыш Большой Кружки
Это первый розыгрыш на нашем канале
Подписывайтесь на авторов, сохраняйте записи и ведите свой блог.
Войти по почтеВходя, вы принимаете Пользовательское соглашение и Политику конфиденциальности.
Не получается войти? Напишите в поддержку в МАКС или на почту support@m-x.su
Об авторе
- Кредит для физ. и юр. лиц - Банкротство на всех этапах - Аналитика за наш счет - Рефенансирование - Автокредит - Защита при оспаривание сделок Тел: +7 925 777 45 38 https://m-x.su/tkbroker https://t.me/creditbrocer…
Ипотечная квартира
Здесь правило «единственное жильё не забирают» не работает.
Почему так происходит
Ипотечная квартира находится в залоге у банка до полной выплаты кредита. Ваше право собственности на неё ограничено этим обременением. Банк как залоговый кредитор имеет приоритетное право удовлетворить свои требования за счёт продажи этой недвижимости.
Что будет на практике
1. Квартира включается в конкурсную массу.
2. Финансовый управляющий организует её продажу через торги.
3. Из вырученных денег сначала погашаются основной долг, проценты и штрафы перед ипотечным банком.
4. Если после расчёта с банком остаются деньги, они идут на погашение долгов перед другими кредиторами например по потребительская кредитам.
5. Если после всех выплат что-то осталось, эти средства возвращаются бывшему должнику.
Важный нюанс: недавно судебная практика стала допускать возможность заключения мирового соглашения исключительно между должником и ипотечным банком.. Это позволяет сохранить квартиру, если должник продолжит платить только ипотеку, а остальные долги пойдут в общую процедуру банкротства. Но это требует согласия банка и решения суда, гарантий нет.
Автомобиль
С автомобилем ситуация сложнее и зависит от обстоятельств. Его могут как забрать, так и оставить.
Когда автомобиль заберут со 100 % вероятностью
- он не является жизненно необходимым для должника или его семьи;
- используется как предмет роскоши (дорогая модель);
- стоимость значительно превышает лимиты.
В этом случае машина оценивается, выставляется на торги, продаётся, а деньги поступают в конкурсную массу.
Когда есть шанс сохранить автомобиль
1. Исключение из-за профессиональной необходимости
Если вы сможете доказать суду, что автомобиль — ваш рабочий инструмент, от которого напрямую зависит ваш доход.
Классические примеры:
- водитель такси подтверждается лицензией
- торговый представитель, который ездит по клиентам
- мастер, перевозящий оборудование (слесарь, монтажник).
Нужно предоставить договоры, выписки о доходах, подтверждающие, что без машины вы потеряете единственный источник средств к существованию. Суд может исключить такой автомобиль из конкурсной массы.
2. Социальные основания
Автомобиль останется вам, если он необходим в связи с инвалидностью — вашей или членов семьи, находящихся на иждивении. Должны быть медицинские документы, подтверждающие, что использование общественного транспорта невозможно или крайне затруднено.
3. Низкая стоимость
По закону об исполнительном производстве, взыскание нельзя обратить на имущество, чья стоимость не превышает 10 000 рублей. На практике это касается только очень старых, аварийных транспортных средств, которые финансовый управляющий может просто счесть нерентабельным для реализации.
Вывод: ипотека практически гарантирует потерю квартиры, а сохранение автомобиля полностью зависит от способности должника доказать его жизненную необходимость для заработка или здоровья.
В Российском городе в стенах Арбитражного суда к августу 2026 года подошла к развязке одна непростая история про деньги и обязательства. Её героями стали два промышленных гиганта.
Всё началось ещё в 2024 году. Между компаниями завязались отношения, которые позже выльются в судебный спор . В какой‑то момент одна сторона перечислила другой серьёзные суммы — об этом говорят платёжные поручения: почти 1,14 млн. рублей, и позже 900.000 рублей того же года и еще небольшая доплата в 40.000 рублей. Но спустя время выяснилось: деньги оказались у получателя без должных оснований. Проще говоря возникло неосновательное обогащение — ситуация, когда одна компания по ошибке или из‑за изменившихся обстоятельств держит чужие средства и должна их вернуть.
Суд по делу разобрался в сути и подтвердил, что деньги надо вернуть. Но пока шли разбирательства, пока стороны обменивались документами, а ответчик тянул с возвратом, дни шли — и долг обрастал процентами. По закону, если ты пользуешься чужими деньгами, ты должен платить за это пользование. Именно эти «набежавшие» проценты и стали предметом нового спора дела .
В конце весны 2026 года сумма процентов достигла 427.000 рублей. Для института это были не абстрактные цифры, а вполне реальные потери: деньги, которые могли бы пойти на зарплаты, закупку материалов или новые проекты, всё это время крутились у контрагента. Поэтому истец решил взыскать проценты, а заодно и компенсировать расходы на госпошлину 27200 рублей.
Дело рассматривалось в упрощённом порядке — без долгих заседаний, на основе документов. Это как экспресс‑разбирательство: суд изучает бумаги, переписку, платёжки и выносит решение, опираясь на факты. И факты говорили в пользу истца.
Судья внимательно изучил платёжные поручения, сопоставил даты, проверил ссылки на предыдущее дело. Всё сходилось: деньги были перечислены, основания для их удержания отпали, а проценты за пользование чужими средствами — прямая обязанность должника по статье 395 Гражданского кодекса. Статьи 309 и 310 ГК РФ. Обязательства надо исполнять, а односторонний отказ от их выполнения не допускается.
В конце лета 2026 года прозвучал итог. Суд встал на сторону истца. Он постановил: взыскать с ответчика проценты 427.000 рублей, но не только по состоянию на май 2026 года. Самое важное, а проценты должны капать дальше, вплоть до того дня, когда долг будет погашен полностью. Плюс к этому — взыскать и расходы на госпошлину.
Для истца это была не просто победа на бумаге. Это значило, что компания сможет получить компенсацию за то время, пока её деньги работали на контрагента. А для ответчика решение стало чётким сигналом: затягивать с возвратом невыгодно — каждый лишний день стоит денег. И если деньги не поступят добровольно, в дело вступят приставы. А сумма будет расти до самого последнего дня просрочки.
Всё закрутилось вокруг большого подряда. Одна компания взялась выполнить для московской группы компаний серьёзный объём работ. Речь шла о сервисном обслуживании, монтаже или наладке сложного оборудования. Стороны подписали договор, в котором чётко прописали сколько стоят услуги, и в какие сроки их нужно сдать и как принимать результат. Для таких крупных игроков это обычная практика: без бумаг в промышленном сервисе никуда.
Компания свои обязательства выполнил добросовестно. Работы шли по плану. Сами специалисты компании выезжали на объекты, фиксировали промежуточные результаты, подписывали акты. В какой‑то момент подрядчик оформил итоговый акт сдачи‑приёмки. Это тот самый документ, который подтверждает что работа сделана, заказчик её принял, претензий по качеству нет. И на основании этого акта выставил счёт на внушительную сумму почти 50 млн. рублей.
Но тут начались странности. Ответчик хоть и не выдвигал возражений по качеству работ, платить не спешил. Сначала шли обещания: «Деньги в бюджете, вот‑вот переведём». Потом начались отговорки: «Сейчас кассовый разрыв», «Ждём поступления от другого контракта». Переписка между компаниями становилась всё напряжённое, а платёж так и не приходил. Истца такая задержка была особенно болезненной, т к есть свои обязательства перед сотрудниками, поставщиками материалов и субподрядчиками, и почти 50 млн. рублей «зависших», который серьёзно били по обороту.
В какой‑то момент терпение лопнуло и они направили официальную претензию с требованием погасить долг и уплатить неустойку. Ответ пришёл, но в нём вторя компания заняла оборонительную позицию: мол, есть спорные моменты по объёму работ, документы оформлены неидеально, поэтому платить пока не будем. Для подрядчика это прозвучало как попытка затянуть процесс.
Тогда к нам обратилась компания и мы пошли в Арбитражный суд Москвы — по месту нахождения ответчика. В иске они чётко просили взыскать всю сумму долга плюс проценты за пользование чужими деньгами. В суде мы шаг за шагом раскладывал доказательства: договор, акты выполненных работ, переписку, счета и даже платёжки по смежным расходам, которые подтверждали, что работы реально велись. Главный аргумент был прост. Работы приняты, замечаний по качеству не было, а значит, обязанность оплатить наступила.
У ответчика была своя линия защиты. Их юристы упирали на то, что часть работ выполнена не в полном объёме, а некоторые документы подписаны лицами, у которых якобы не было полномочий. Они просили либо снизить сумму долга, либо вовсе отказать в иске, ссылаясь на недочёты в оформлении. В зале суда разгорелись жаркие споры между нами и юристами представители ответчика. Они пытались оспорить каждый акт, каждую строчку в смете.
Судья внимательно слушала обе стороны, листала тома документов, сверяла даты и подписи. Она изучила не только основные акты, но и всю переписку, чтобы понять, как стороны общались в процессе. И тут вскрылся важный момент. На протяжении всего срока исполнения договора ответчик не направлял подрядчику истцу никаких письменных претензий по качеству или объёму работ. Все возражения появились только тогда, когда речь зашла о деньгах. А по закону, если заказчик вовремя не заявил о недостатках, он считается принявшим работу в том виде, в каком она сдана.
Ещё один козырь истца — подписанные акты. Суд проверил полномочия лиц, которые ставили подписи, и пришёл к выводу, что у них действительно были права принимать работы. Доводы ответчика о «сомнительных подписях» рассыпались под грузом доказательств.В итоге судья встала на сторону истца. Она признала, что подрядчик полностью выполнил свои обязательства, а заказчик необоснованно уклоняется от оплаты. Поэтому иск о взыскании почти 50млн рублей был удовлетворён. Для истца это была не просто победа в суде, а шанс вернуть деньги, без которых компания не могла нормально работать. А для ответчика решение стало сигналом: затягивать оплату, прикрываясь формальными придирками, больше не получится.