Как из неудач с «твердотельной лампой» родился транзистор
У самого первого транзистора была скромная внешность: пластмассовая призма, полоска золотой фольги, разрезанная бритвой, и пластинка германия. Прибор появился не как триумф замысла, а как неожиданный итог серии неудач.
Эта история началась задолго до 1947 года, и в ней участвовали физики из разных стран. Одни шли в тупик, другие делали открытия, о которых мир узнавал лишь годы спустя.
Мечта о лампе без стекла
Вакуумная лампа (стеклянный баллон с электродами, из которого выкачан воздух) в первой половине XX века управляла радио и телефонной связью. У неё были недостатки, и учёные давно мечтали заменить её твердотельным прибором, то есть кристаллом.
Уже в 1906 году Гринлиф Пикард запатентовал кремниевый кристаллический детектор. В 1910 году Уильям Икклз заметил, что такие детекторы при определённых условиях способны генерировать колебания и усиливать сигналы. В 1922 году О. В. Лосев показал, что кристаллический детектор можно заставить усиливать и генерировать электромагнитные колебания, если подать на него постоянное напряжение смещения. Его цинкитный детектор, «кристадин», работал на частотах до 10 МГц. Но к концу 1920-х годов детекторы были вытеснены вакуумными лампами, и это направление физики полупроводников приостановилось.
Полупроводник — вещество, которое проводит ток хуже металла, но лучше изолятора, причём его свойствами можно управлять. Многие, кто изучал медно-закисный выпрямитель, видели его сходство с вакуумным диодом и думали, как добавить третий, управляющий электрод — «сетку», чтобы выпрямитель стал усилителем.
Патенты, опередившие своё время
В 1925 году немецкий физик Юлиус Лилиенфельд подал первую заявку на твердотельный усилитель из слоёв металла и полупроводника. Он даже не довёл идею до макета: в 1920-е годы фундаментальной науки для этого не хватало. В 1935 году другой немец, Оскар Хайль, запатентовал в Великобритании принцип полевого транзистора.
В 1938 году в Гёттингенском университете Роберт Поль и Рудольф Хилш создали твердотельный «триод», усиливавший медленно меняющийся сигнал. Он работал слишком медленно и только при высоких температурах, а сам Поль предпочитал фундаментальную науку прикладной. Управляющим электродом там служила мелкая металлическая сетка, как в лампе. Все эти попытки в той или иной мере копировали устройство вакуумного триода.
Лосев в 1939 году упоминал о подготовке работ про полупроводниковую «трёхэлектродную систему, аналогичную триоду», но они, вероятно, утрачены.
Радар, кремний и невидимый барьер
Во Второй мировой войне исследовательские бюджеты выросли многократно, но, по мнению Питера Морриса, в физике полупроводников сделано было слишком мало. Существенные достижения касались двух задач, где лампы были бессильны: детектирования инфракрасного излучения и приёма отражённого сигнала в радиолокации. Передатчики ранних радаров работали на частотах до 3 ГГц, а ламповые диоды-детекторы справлялись лишь до 400 МГц. Контактные полупроводниковые детекторы выпрямляли сверхвысокие частоты, поэтому правительства Великобритании, Германии и США начали крупные проекты по улучшению полупроводников.
В американской компании Bell Labs (исследовательском центре телефонной корпорации) электрохимик и радиолюбитель Рассел Ол работал с кремниевыми детекторами ещё со времён Великой депрессии. Он считал, что капризность детекторов связана с примесями, и занялся очисткой и плавкой кремния. В августе 1939 года он вместе с Джоном Скаффом и Генри Тойерером провёл первую плавку в гелиевой атмосфере. Кремний, очищенный до 99,8 %, давал достаточно стабильные детекторы. Одни пропускали ток в одну сторону, другие в противоположную. Ол назвал их типы «очищенным» и «коммерческим».
В октябре 1939 года среди заготовок попался образец с настолько беспорядочными параметрами, что измерения казались бессмысленными. Лично проверить его Ол смог только 23 февраля 1940 года. Образец реагировал на свет, причём фотоэффект был на порядок сильнее, чем в обычных фотоэлементах. 6 марта Ол показал находку Мервину Келли, директору по исследованиям, и Уолтеру Браттейну. Браттейн догадался: эффект возникает на невидимом барьере между двумя слоями кремния, и этот же барьер выпрямляет переменный ток — оттого измерения и казались абсурдными.
Вскоре Скафф и Ол увидели барьер буквально: после травления азотной кислотой граница слоёв стала видна глазом. Слои назвали «кремний p-типа» и «кремний n-типа», а границу — p-n-переходом. Позже выяснилось, что тип проводимости определяется не чистотой, а характерными примесями. В кремнии p-типа нашли следы бора и алюминия, а в n-типе присутствовал фосфор: при обработке выделялся фосфин.
Секретный переход
Келли своим решением засекретил открытие. Bell Labs охотно делилась кремнием с американскими и британскими коллегами, но только p-типа. Ол лично следил, чтобы кремний n-типа и переходы не покидали стен компании. Уильям Шокли узнал об открытии 24 марта 1945 года, публика — 25 июня 1946 года, когда Ол и Скафф получили патенты на изобретения 1940 года.
Независимо от американцев в 1941 году В. Е. Лашкарёв предложил теорию «запирающего слоя» на границе меди и закиси меди. Работы Лашкарёва и К. М. Косогоновой вышли в 1941 году.
Поле, которое не слушалось
Ещё в 1936 году Келли поручил Шокли изучить твердотельные переключатели вместо электромеханических реле телефонных станций. 29 декабря 1939 года Шокли сформулировал принцип полевого транзистора: током в канале между двумя электродами управляет внешнее поле третьего электрода, расположенного вне канала. Первые опыты не удались, а потом сотрудников мобилизовали на военные задачи.
В июне 1945 года Келли вновь собрал отдел физики твёрдого тела во главе с Шокли и Стэнли Морганом. В группу вошли Браттейн, теоретик Джон Бардин и другие. В конце 1940-х в Bell Labs работали 5700 человек, около 2000 из них были дипломированными специалистами.
В январе 1946 года Шокли решил сосредоточиться на эффекте поля, но опыты показали, что он на три порядка слабее предсказанного. Бардин объяснил это поверхностными состояниями: на границе полупроводника и металла возникает заряд, гасящий внешнее поле. Весь 1947 год отдел отступал всё дальше от идеи полевого транзистора. Шокли писал в 1972 году, что благодаря Бардину они перестали «делать транзистор» и вернулись к принципу «уважения к научной стороне практической задачи».
Декабрь 1947 года
В ноябре Роберт Джибни предложил подавать смещение через точечный электрод, отделённый от полупроводника слоем электролита. Работа ускорилась. 8 декабря решили перейти к двухслойной структуре: пластине германия с p-n-переходом. 10 декабря «электролитический триод» Бардина и Браттейна дал усиление мощности около 6000, но был слишком медлен даже для звука. 12 декабря Бардин заменил электролит плёнкой окиси германия, опыт не удался. 15 декабря установка с плёнкой дала двукратное усиление по напряжению до 10 кГц. После этого Бардин предложил два контакта: управляющий (эмиттер) и управляемый (коллектор), на расстоянии не более пяти микрон.
Браттейн сделал контактный узел из пластмассовой треугольной призмы с золотой фольгой и разрезал фольгу бритвой. Зазор вышел около 50 микрон. 16 декабря 1947 года он прижал узел к германию — первый работоспособный точечный транзистор был готов. 23 декабря Браттейн показал коллегам усилитель звуковых частот с пятнадцатикратным усилением по напряжению, а 24 декабря — первый транзисторный генератор.
Публика узнала об изобретении 30 июня 1948 года на презентации в Нью-Йорке. За месяц до этого в Bell Labs тайным голосованием выбрали имя. Длинное «полупроводниковый триод», неточное «триод на поверхностных состояниях» и непонятный «йотатрон» отвергли. Победил «транзистор», от слов transconductance или transfer и varistor.
Параллельная история во Франции
В 1944 году немецкий физик Герберт Матаре, снижая шумы детекторов сверхвысоких частот, изобрёл «дуодиод» с двумя точечными контактами. Опыты показали: если оба контакта на одном кристаллике и расстояние не больше 100 микрон, изменение напряжения на одном меняет ток во втором. В январе 1945 года Матаре бежал на запад от советского наступления, попал в американский плен, но вскоре был отпущен. Генрих Велькер вёл исследования до марта 1945 года и независимо пришёл к идее полевого транзистора, тоже неудачно.
В 1946 году французские и британские агенты разыскали обоих, расспросили о радиолокации и предложили работу во французском отделении Westinghouse. Они согласились, ведь заниматься наукой в разгромленной Германии было невозможно. В Ольне-су-Буа они сперва налаживали выпрямители, потом Матаре вернулся к «дуодиоду». В июне 1948 года, до обнародования работы Бардина и Браттейна, он показал стабильное усиление. Министр связи Франции Эжен Тома дал прибору имя «транзистрон». В мае 1949 года началось мелкосерийное производство для дальней телефонной связи.
В 1950 году усилители показали Шокли и Браттейну на линии Франция — Алжир. Американцы насторожились: благодаря более совершенной сборке транзистроны считались надёжнее. Но французское правительство вскоре прекратило поддержку, и физики вернулись в Германию. В 1952–1953 годах Матаре выпустил там опытную партию и показал радиоприёмник на четырёх транзисторах; первый американский транзисторный приёмник Regency TR-1 вышел на год позже. Компания Clevite выкупила предприятие и свернула производство. Матаре переехал в США, Велькер возглавил полупроводниковые исследования в Siemens.
Капризное серийное производство
В 1948–1951 годах Уильям Пфанн в Bell Labs пытался наладить серию точечных транзисторов. Удача пришла случайно: фосфористая бронза контактов загрязняла германий фосфором, создавая островки n-типа. Роль меди, дававшей островки p-типа, выяснил позже Кэлвин Фуллер. Транзистор получился четырёхслойным и мог проявлять отрицательное сопротивление. Серия «типа А» началась на Western Electric в 1951 году, к апрелю 1952-го достигла 8400 штук в месяц. Приборы были дорогими, их параметры плохо повторялись, а работа зависела от температуры и влажности. Пентагон отказывался закупать аппаратуру на таких приборах. Точечный транзистор считался устаревшим уже в 1951 году, но выпускался почти десять лет, потому что преемники уступали ему по частотным свойствам. По словам Шокли, успех зависел от «непостижимого шаманства».
В 1949 году в Чехии Элмар Франк и Ян Тауц выпустили партию транзисторов из трофейного немецкого германия по собственному методу контактов. В СССР А. В. Красилов и С. Г. Мадоян создали точечный транзистор в 1949 году, а промышленные образцы пошли в серию в 1950–1952 годах.
От точки к плоскости и к кремнию
Точечный транзистор оказался тупиковой ветвью. Шокли в 1948–1950 годах создал теорию p-n-перехода и плоскостного транзистора. Первый такой прибор изготовили 12 апреля 1950 года методом выращивания из расплава, потом появились сплавной, «электрохимический» и диффузионный меза-транзисторы. В 1954 году Texas Instruments выпустила первый кремниевый транзистор. После открытия мокрого окисления кремния в 1958 году вышли кремниевые меза-транзисторы, а в марте 1959 года Жан Эрни создал кремниевый планарный. Кремний вытеснил германий, а планарный процесс стал основной технологией и сделал возможным создание монолитных интегральных схем.
Жорес Алфёров считал, что, если бы не необходимость создавать атомное оружие, открытие транзистора могло произойти и в СССР: А. Ф. Иоффе был пионером исследований полупроводников.
Транзистор не был озарением одного человека. Лилиенфельд, Хайль, Поль, Лосев, Ол, Шокли, Бардин, Браттейн, Матаре и Велькер шли разными дорогами, многие из них упирались в стену. Решение нашлось, когда исследователи отступили от копирования лампы и вернулись к вопросу о том, что происходит на поверхности кристалла.
Источник: Википедия — Изобретение транзистора