Глава 4. Тот, кого записали в злодеи
Глава 4. Тот, кого записали в злодеи
Валера пришёл к ней сам. Через неделю, вечером, без предупреждения.
Аня открыла — и отшатнулась: на пороге стоял он, тяжёлый и хмурый, как тогда. Она уже приготовилась захлопнуть дверь, но он сказал первое, чего она никак не ждала:
— Я против этого суда. Хочу, чтоб вы знали.
Аня застыла.
Он мялся на пороге, огромный, неловкий, комкая в руках вязаную шапку, и был совсем не похож на расчётливого дельца из её теории.
— Можно... я войду? Разговор долгий.
Они сидели на той самой Аниной кухне, где ее поила чаем Тамара Ивановна. Борщик подозрительно обнюхал гостя и, к Аниному удивлению, устроился у него на коленях. Валера машинально гладил кота огромной ладонью и говорил, глядя в стол.
Он не наследство приехал делить. Он приехал, когда узнал, что тётка снова взялась за старое.
— Снова? — переспросила Аня, холодея.
— Снова, — Валера тяжело вздохнул. — Аня, я вам сейчас скажу, а вы не перебивайте, ладно? Тяжело мне это говорить, стыдно. Это моя кровь всё-таки.
Он рассказал, что примчался, как только сестра обмолвилась, что «тётя Тома опять квартиру продала и опять юристов ищет». Что иск подала не он — наоборот, он умолял тётку это прекратить. Что за старушкой ходят какие-то ушлые «помощники», обхаживают, шепчут в оба уха.
— Я думал, её саму разводят, — говорил Валера. — Думал, вцепились в бабку мошенники, крутят ей голову. Приехал спасать. А оказалось...
Он замолчал. Погладил кота. И договорил совсем тихо:
— А оказалось, спасать надо не её. А от неё Вас.
27